Одной из причин прекращения производства М-10 могло стать также упразднение в 1941 году корпусного звена в РККА (большинство стрелковых корпусов было расформировано в августе — сентябре 1941 года) и, как следствие, корпусной артиллерии. Кроме того, 152-мм гаубицы были исключены из дивизионной артиллерии. В свете этих решений 152-мм гаубицы в 1942 году в СССР не производились; таким образом, советские войска лишились мобильных, но мощных орудий, особенно необходимых в артиллерии корпусного звена. Однако в том же году в СССР начали вновь формироваться стрелковые корпуса, и, соответственно, корпусный уровень организационно-штатной структуры артиллерии был введён повторно. Для корпусной артиллерии превосходная гаубица-пушка МЛ-20 не подходила из-за большой массы (то есть низкой мобильности и достаточно высокой стоимости), а дивизионная 122-мм гаубица М-30 — из-за недостаточной огневой мощи. Поэтому в конце 1942 года КБ известного советского конструктора Ф. Ф. Петрова (ОКБ-9) начало в инициативном порядке проектировать новую 152-мм гаубицу, представляющую собой наложение ствольной группы 152-мм гаубицы обр. 1938 г. (М-10) на лафет 122-мм гаубицы обр. 1938 г. (М-30). Для смягчения отдачи на менее массивный по сравнению с гаубицей М-10 лафет орудие пришлось оснастить двухкамерным дульным тормозом. Такой подход позволил создать лёгкую, но мощную гаубицу с использованием уже освоенных в производстве комплектующих, что было немаловажно в условиях военного времени. В начале 1943 года Ф. Ф. Петров известил народного комиссара вооружений Д. Ф. Устинова о новом проекте. 13 апреля 1943 года Д. Ф. Устинов сообщил Ф. Ф. Петрову о решении Государственного комитета обороны (ГКО) о поставке 5 экземпляров новой гаубицы к 1 мая 1943 года для полигонных испытаний. 5 мая две гаубицы поступили на испытания, которые были закончены уже через два дня. 7 мая по результатам испытаний был подписан отчёт, в котором орудие, после устранения ряда несущественных недостатков, рекомендовалось к принятию на вооружение. Постановлением ГКО от 8 августа 1943 года орудие было принято на вооружение под официальным наименованием «152-мм гаубица обр. 1943 г.» Серийное производство было начато через полтора месяца."
Не задокументировано.
Гаубица Д-1 являлась весьма совершенным для своего времени орудием. Ствол орудия, практически идентичный стволу гаубицы М-10, оснащался двухкамерным дульным тормозом ДТ-3. К основным конструктивным особенностям ствольной группы гаубицы Д-1 относятся переменная длина отката, затвор поршневого типа, гидравлический тормоз отката и гидропневматический накатник. Заряжание раздельное гильзовое, всего для орудия предусматривалось 8 различных метательных зарядов. Лафет орудия почти идентичен с лафетом гаубицы М-30. Станины на орудиях первых серий были клёпаными, затем их стали делать сварными. Орудия поздних серий дополнительно оснащались катками для перекатывания вручную. Все гаубицы Д-1 комплектовались стальными колёсами с резиновыми пневматическими шинами, колёсный ход снабжался подрессориванием. Передка орудие не имело, транспортировка осуществлялась исключительно механической тягой. Допустимая скорость перевозки орудия по асфальту или ровной грунтовой дороге составляла до 40 км/ч, по булыжной мостовой — до 30 км/ч, а по бездорожью — до 10 км/ч. Для защиты расчёта от пуль и мелких осколков гаубица Д-1 имела щитовое прикрытие. Гаубицы Д-1 активно использовались на завершающем этапе войны, в 1944—1945 годах. Орудие использовалось для стрельбы с закрытых позиций по окопанной и открыто расположенной живой силе противника, его фортификациям и заграждениям, для контрбатарейной борьбы и уничтожения важных объектов во вражеском ближнем тылу. Для поражения танков и самоходок противника при самообороне с успехом использовался бетонобойный снаряд. У артиллеристов Д-1 снискала себе репутацию надёжного и точного при стрельбе орудия.